КИДАТЬ НЕЛЬЗЯ ВЕРНУТЬ ЧУЖОЕ
. . . . должен знать свое место
 
 
НЕ  БЕРИ  ДЕНЬГИ,  ЕСЛИ  НЕ  МОЖЕШЬ  ЗА  НИХ  ОТЧИТАТЬСЯ      
размещено Дегтяревым В.А. 01.12.2014

ТЫ КТО С ПОЗИЦИИ БЫВШЕГО ЮРИСТА

Спецкурс от Корецкого Д.А.



Прочитав роман «Антикиллер», где-то даже сожалел о том, что не прочитал его в свое время. Это позволило бы прийти к правильным выводам гораздо быстрее. Такая книга может быть настольной книгой для всех, кто способен (должен) принимать решения, они смогут там найти ответы на многие свои вопросы.


Меня при чтении этого романа не покидало чувство, что реинкарнация возможна, и жизнь будет продолжаться вечно. Только очень добросовестный человек, такой, как и Богомолов Владимир Осипович, смог бы так все и всех связать, а у тебя это вызывало бы чувство доверия.


Одним словом, это шаманское произведение, по которому можно сделать спецкурс для студентов юридических факультетов. Глядишь, после его прослушивания и не захочешь ПОНАПРАСНУ попасть в то дерьмо, в котором почему-то потом оказываешься…


Сейчас уже много что понятно в романе «Антикиллер», но на один ВАЖНЫЙ ДЛЯ МЕНЯ ВОПРОС ответа пока найти не могу.


Для этого обратимся к характеристике одного из героев романа «Антикиллер» Гангрене.



«Безопасность тиходонской воровской общины были призваны обеспечивать Север и Гангрена. Причем если первый должен отслеживать и отражать внешнюю угрозу, то второй противодействовал внутренней. Если проводить аналогию с государственными структурами, то Север олицетворял Министерство обороны, а Гангрена – контрразведку.


Они были непохожи друг на друга. Гангрена имел вид классического урки, босяка: выдвинутая вперед челюсть, низкий покатый лоб, маленькие мутные глазки, стальные зубы. Он был весь расписан татуировками, которые понимающему человеку раскрывали пройденную их обладателем жизненную дорогу. Одевался Гангрена затрапезно, не следил за собой, иногда ударялся в трех-четырехдневные запои с такими же урками в грязных, заплеванных притонах. Он много лет провел за решеткой и, как ни странно, чувствовал там себя лучше, чем на воле.


Объяснялось это тем, что камерная жизнь примитивна, как жизнь животных, а Гангрена прекрасно разбирался в животном существовании зэков, так как сам являлся неотъемлемой частью этого душного, вонючего и опасного мира.


Он был специалистом по выявлению «наседок» и добился, в качестве такового, признания и авторитета, обеспечивающего дальнейшую карьеру.


Приходя по этапу в новую «хату», Гангрена молча сидел в углу, наблюдая за сокамерниками. Он знал все обычаи и традиции, а потому сразу мог расколоть баклана, выдающего себя за урку. Знал направление этапов, дислокацию тюрем, колоний, следственных изоляторов и пересылок, фамилии начальников и кликухи паханов. Обмануть его было невозможно.


Особенно внимательно следил Гангрена за чисто физиологическими проявлениями, которые в животном мире могли дать самую неожиданную информацию.


– Ты где был шесть часов? На допросе? Да, длинные допросы пошли... А почему ссать не хочешь?!


Действительно, если тебя следователь «крутил», то, вернувшись, сразу бежишь к параше – в следственных кабинетах сортира нету. А если с опером местным беседовал – Другое дело, у них в отсеке и сортир, и холодильник.


Некоторые «наседки» на жратве прокалывались. Придет с длинного допроса, а от обеда оставленного нос воротит... Не проголодался, значит! Подсядет к нему Гангрена, обнимет доверительно, задушевный разговор заведет. А сам втягивает носом воздух, аж ноздри раздуваются по-звериному.


– А почему от тебя колбасой пахнет?! Какие ел? Давай руки сюда!


И щелочкой под ногтями – раз! Не хуже эксперта-криминалиста.


– А это что? Не колбаса разве?! Ну вот и расскажи, за какие заслуги тебя колбасой прикармливают?!


Троих по его наводке задавили. А скольким ливер поотбивали или петухами сделали!


Имя разоблачителя «наседок» гремело по тюрьмам и пересылкам. Что имело печальные последствия и для него самого. Только прибудет на новое место – сразу волокут в оперчасть:


– Так ты и есть тот самый? Попробуй только тут наших людей валить!


Да кулаком в живот или стулом по голове для пущего устрашения! Бесполезно! Отлежится Гангрена, очухается – и снова стукачей поганых раскалывает!


И на воле его талант общине не раз пригодился. Мало ли шпионов к людям засылают! А Гангрена поговорит немного – и любая легенда лопается, шкура маскировочная слазит, и сразу видно – кто под ней!


При ходьбе Гангрена одну ногу подтягивает, руки вдоль туловища болтаются, по сторонам настороженно зыркает... На губах шелуха от семечек, через слово матюги вылетают... Нормально! Вот если вежливо Гангрена заговорит, дело плохо: значит, настрой у него такой, что вполне может и завалить кого-то...»



Если спецкурс будет вести проницательный преподаватель, то у большинства студентов больше никогда и мысли не возникнет о любимом праве, которое стоит знать, и о не любимом, которое можно пропустить, и даже с остервенением будут изучать бухгалтерский учет (когда я учился, на такие азы смотрели снисходительно).


По мне, если ты хочешь быть юристом, то должен видеть проблему (или условия, при которых проблему можно избежать) со всех сторон. Поэтому сразу начал учиться и на юридическом, и на экономическом факультетах Волгоградского государственного университета.


Надо признать, что учиться сразу на двух дневных отделениях (чего не сделаешь ради двух стипендий) технически сложно из-за необходимости сдавать сразу две сессии, и поддержку дала фраза из вышеупомянутой книги Пола Хейне: «В основе экономического мышления лежит всего лишь способность последовательно мыслить в терминах сравнительного преимущества».


Я пытался увидеть, в чем будет мое преимущество. В результате вырисовалась следующая картина будущего: «Мне известны правила и возможные варианты сделок, потенциально понимаю, кто и что может сделать, и любой бизнес вижу как на рентгене. В результате могу взять под свой зонтик, а могу и сказать: « Доктора не вызывали?»


После этого учиться было легче, и благополучно получил два синих диплома, но с красным лицом…


Но вернемся к Гангрене, которого невозможно обмануть.


Действительно, а при каких обстоятельствах можно видеть насквозь?


Вопрос сложный и можно ответить расплывчато, но верно. Если за тобой ПРАВОЕ ДЕЛО, и я подошел к вопросу, который хотел бы услышать в студенческие годы: «А смог бы правый Гангрена разоблачить такого же правого Володю Шарапова?»


Вот это действительно захватывающий вопрос, где интересно было посмотреть, у кого поднялись бы руки, а у кого бы они точно опустились.


Кстати, создатели фильма «Антикиллер» четко показали, что основой всех удач в рисковой работе главного героя майора Коренева (Лиса) является верность принесенной присяги.





Конечно, многие «милиционеры», дававшие присягу могут сказать, что это только формальный акт, и по-своему будут правы. Здесь тонкая материя и в дальнейшем покажу водораздел между Жегловыми и Шараповыми


Но сейчас только отмечу, что каждый должен помнить, что является его кормилицей и иметь к ней подобающее отношение. Когда забываешь, откуда растут ноги и что является первоисточником, то с Вами можно делать что хочешь, и им за это ничего не будет.





Вообще-то связь с первоисточником – это мощное оружие и в жизни есть тому примеры. В расцвете сил из юридического бизнеса переходит на государственную службу. При первой возможности заставляет своих подчиненных учить первоисточник. Многими считается, что это только вычурный способ заставить подчиненных добросовестно выполнять свои обязанности. Хотя по мне, здесь есть желание настроить их так, чтобы в какой-то степени шли туда, где он уже есть сейчас.


В результате, спокоен к деньгам, что даже не скрывает их наличие. Видимо, слишком занят государственными делами, что даже не хочет понимать, что кое-кого подразнивает, используя непонятные конструкции, типа слепой траст. Так что другого бы уже посадили, а у этого есть защита – первоисточник.


Можно и дальше продолжать, но всем, кто осознают кто они, откуда они, и самое главное, по каким правилам держат свой путь, помогает незримый участник. В результате Корецкий Данил Аркадьевич написал замечательные строки.



«И если бы его, майора Коренева, Лиса, размножить в пятнадцати экземплярах, по числу штатных единиц уголовного розыска, а еще лучше в двухстах десяти копиях - по численности всего Центрального райотдела, то, возможно, в нарушение идеологических догм, в одном из восьми районов Тиходонска восторжествовала бы ранее социалистическая, а нынче просто законность.



Но сразу возникает волнующий меня вопрос, а чем верность правилу броситься за своими деньгами и в огонь, и в воду хуже или лучше присяги майора Коренева (Лиса)? Может быть, последствия будут разными? Не думаю.


А вообще, к чему можно прийти, если вокруг будут только правильные товарищи?


Эти вопросы обязательно нужно себе задавать, только тогда найдется ответ, и станет понятен смысл такой категории как ЗАКОННОСТЬ


Снова возвращаясь к теме: «С чего все началось» долго не мог принять окончательного решения в отношении одного лица.


С одной стороны, за собой не замечал особых сантиментов, а с другой стороны, одна пословица так и вертелась в голове. Слишком многозначительный смысл был у нее, что даже мнение очень авторитетного товарища не перевешивало весы, и тогда мне реально помог один эпизод из романа «Антикиллер».



«Они подъехали к неказистому частному дому, маленький кругленький Ларченков и высокий худощавый Босяков переговорили с встретившей машину хозяйкой и махнули в глубину двора.


- Там, в сарае... Коренев понял, что его снова испытывают, и пошел в указанном направлении.


В сарае был полумрак, пьяный до остекленения мужик сидел на табуретке, привалившись к верстаку, заставленному пустыми бутылками и остатками жалкой закуски. Коренев хотел подойти к нему и вывести к машине, но что-то заставило обернуться, за дверью стоял еще один, с бледным до синевы лицом и растрепанными волосами, в поднятой руке он сжимал молоток. Коренев поймал кисть и без особого труда выдернул инструмент, после чего толкнул противника, и тот повалился на пол рядом с собутыльником. В это время в сарай ртутным шариком вкатился Ларченков, в дверном проеме мрачно застыл его напарник.


- Ну что, молодой, получилось? - покровительственно спросил маленький опер и вдруг увидел молоток, который Коренев так и держал в руке.


- А это что? - угрожающе процедил он.


- Вон у того отобрал, - показал Коренев. - Стоял сзади, замахивался...


Ртутный шарик накатился на растрепанного и стал множеством рук и ног, замелькавших с невиданной скоростью. Сильные удары сотрясали скорчившееся тело, раздавались хрипы, стоны, утробное мычание.


- Не надо, Иван, - проговорил Коренев - Он же мне ничего не сделал!


- Когда сделает - поздно будет! - Босяков переступил порог и присоединился к товарищу. Они преимущественно работали ногами, и впечатление было такое, будто месят глину.


"Насмерть забьют!" - подумал Коренев и еще раз попытался прекратить расправу. Но опера знали какой-то неизвестный еще ему предел и внезапно оставили бездыханное тело в покое. Нагнувшись к стеклянному мужику, Босяков расчетливо бухнул его под глаз и по сопатке. Брызнула кровь.


- Обоюдная драка, - удовлетворенно сказал опер - Потащили их в машину...


Вечером, в конце смены, когда распили для снятия стресса бутылку водки на троих, Коренев вернулся к вопросу, мучившему его весь день.


- За что вы этого алкаша так? Он мне ничего не сделал. Только поднял молоток, и все. Даже не сопротивлялся.


- Думаешь, мы его за тебя били? - скривился Ларченков. - Нет! Мы ему урок давали, на мента свою грязную лапу не поднимай! Особенно с железкой! И будь спокоен, он этот урок запомнит на всю жизнь! И другим расскажет, и те тоже задумаются!


- Он же пьяный. Небось и не запомнил за что.


- Не-е-ет! ВСЕ, ЧТО ИХ КАСАЕТСЯ, ОНИ ПРЕКРАСНО ПОМНЯТ! Вот если бы он тебе череп проломил, ты бы сейчас валялся в реанимации или в морге, а ОН БЫ КЛЯЛСЯ, ЧТО НИЧЕГО НЕ ПОМНИТ!



© Все права защищены
E-mail: gema-net@gema-net.ru